13 августа 2020, четверг
Областные новости
13.08.2020
14-15 августа 2020 г. Центр поддержки экспорта Фонда поддержки предпринимательства Пензенской области при поддержке Министерства экономики Пензенской области проводит бесплатный семинар из серии семинаров по 11 темам экспортной деятельности, на которых представителей малого и среднего бизнеса научат поставлять свою продукцию за рубеж.
12.08.2020
12 августа Врио министра промышленности и инновационной политики Михаил Антонов провел встречу с представителями Федерального центра компетенций в сфере производительности труда Павлом Мякотиным и Эдуардом Олейниковым.

Яндекс.Погода

Социальная сфера

06.01.2020

Анна Кислякова: «Все звали меня Нюрой»

Очередная героиня проекта «Детство, опалённое войной» Анна Васильевна Кислякова проживает в селе Пыркино. 21 декабря она отметила свой 85-й день рождения. В красивом  и  гостеприимном доме,  за чашкой горячего чая с вкусными пирогами и блинчиками мы просидели за столом почти три часа. Рассказ, как плавная, неспешная река, уносил нас в прошлое на несколько десятилетий назад.
Ночной стук в дверь
Казалось, что происходящее с нашей героиней было совсем недавно. Однако от первых её воспоминаний прошло почти 80 лет.
– Я хорошо помню тот момент, когда папу забрали на фронт. Мне было 6 лет, это было осенью 1941 года, ему пришла повестка, – вспоминает Анна Васильевна. – Потом были письма, и в одном он написал, что ранен и лежит в госпитале. Но больше всего из тех времён помню одну ночь, в 1943  году. Я со старшей сестрой Ниной спала на печи. Было  около трёх  часов ночи, к нам в дверь постучали. А мы дома одни были, вот страху-то натерпелись! Мама  наша, Марья Ефимовна, в тот день была на смене, работала она смазчицей колёс на Пензе III.
После долгого стука подошли мы с  сестрой к двери и спрашиваем: «Кто там?», а нам в ответ: «Дочки, открывайте, это я – ваш папа». Мы открыли дверь: перед нами стоял отец на одной ноге, в обгоревшей рваной шинели, местами прострелянной (он потом рассказал, что ему в госпитале её выдали). Смотрим мы на него, а он такой худой, и дрожь его пробирает, и как будто бредит. Говорит нам с сестрой: «Дочки, мне бы на печку – погреться». Мы с сестрой еле его туда подсадили, сами ведь дети были. Утром уже и мама приехала с работы.
Вот так в декабре 1943 года пришёл в войны Василий Лазаревич Баннов.
Позже он рассказывал, как лежал сутки на поле боя раненый, ел землю. После боя через день проходили бойцы  и  забирали всех раненых, его положили на телегу и отправили в госпиталь. Убитых хоронили тут же, рядом с местом боя. 
– За боевые заслуги мой отец, пехотинец Василий Баннов, был награждён Орденом Славы второй степени, были ещё у него и медали, но, к сожалению, ничего не сохранилось, – вздохнув, вспоминает дочь героя.
Мастер – «золотые руки»
Папа Нюры, так все звали в детстве  нашу героиню, к весне пошёл на поправку. Смастерил себе деревянную ногу, и началась для него мирная жизнь. В годы войны мужчина  на селе – это опора и мастер на все руки. Отец Нюры был именно таким мастером. Сам сделал себе лодку и рыбачил на Суре. Когда попадались судаки, для семьи был большой праздник.
– Мама их возила в город, продавала. На вырученные деньги покупала нам с сестрой обувку и что-нибудь из одежды, – продолжает хозяйка дома.
В те военные годы в сёлах жили все дружно, все старались  поддержать друг друга, помогали. Василий Баннов был, что называется, нарасхват, ведь в селе мужиков-то не было, остались только старики и дети. А кому-то  сарай поправить надо было, кому – погреб сделать, а ещё он был хорошим сапожником. А сколько валенок он подшил, и не сосчитать! Тогда ведь в семьях было по многу детей, вот все и несли ему валенки, и он никому не отказывал. Всё тогда делалось бесплатно, за «спасибо» и «дай Бог тебе здоровья».
Да и с кого было брать деньги? С вдов или солдаток с детьми? Они же работали в колхозе за «трудодни», денег им не платили. Тяжело в годы войны всем жилось. И люди понимали, что только вместе, помогая друг другу, можно выстоять и выжить.
Играли и трудились одновременно
Детей в селе  было много. Как и все они, Нюра любила играть. 
Её подруга, Маруся Сенокосова (с ней они дружили всю жизнь, несколько лет назад её не стало), всегда была рада составить шустрой соседке компанию. Иногда за игрой в мяч, который сами девочки  шили из тряпок, набивая его остатками от кудели, не  замечали, как летит время. Но под зорким присмотром соседской старушки – бабы Марьи Сенокосовой (в деревне многие были с такой фамилией) – не забалуешь! 
– Возьмёт она, бывало, тоненький прутик и нам легонько по ногам стукнет. «Чего,  как козы, распрыгались, марш домой! – прикрикнет. –- Время уже к обеду, а вам матери наказали грядки с морковью прополоть». Мы тут же бросаем  мяч и бежим наперегонки – каждая на свой огород, полоть грядки, а то от мамы вечером попадёт за то, что не выполнили её наказ. А ещё к вечеру надо было под таган набрать щепок. Иногда не наберём, заиграемся, придём, а там, кто порасторопнее, уже все собрал. Один раз смотрю – у моего плетня стоит Маруська, подружка-то моя, и ломает веточки, а  я  с её плетня пошла наломала, – смеясь, вспоминает уже сама давно ставшая бабушкой моя героиня.
Анна Васильевна оказалась замечательной рассказчицей. Я смотрела на её лицо и видела, как оно меняется. Когда вспоминала о детстве, о своей любимой подружке Марусе, о соседках, ребятах и о бабульках, которые за ними приглядывали, её глаза блестели и даже морщинки разглаживались! Каким бы оно ни было трудным, все мы его вспоминаем с улыбкой на лице.
Лес щедро делился своими дарами
Шла война, и работали в те годы все, невзирая на возраст. В селе с нетерпением ждали лета. Именно летом начинала  кипеть работа, без дела никто не сидел ни минуты. Леса (а их было много вокруг села) щедро делились своими дарами. Дети и взрослые  собирали грибы, нанизывали их на нитки и сушили на зиму, а сколько дубовых кадок с солёными грибами стояло в погребах! Их ели долгой зимой. Ягоды в лесу были разные: клубника, земляника, калина, из которой пекли вкусные пироги. Целебные травы – душицу, зверобой – дети знали с детства, их надо было успеть заготовить. Чая-то не было, и заваривали  зимой  разные травы и листья. Ходили дети и за хворостом, чтобы осенью печку растапливать. 
– А вот когда лёд встанет на Суре, мы ходили за хворостом в лес, брали салазки. Помню, кто собаку запряжет, а кто – телёнка, а мальчишка-сосед  один раз овцу запряг, вот мы смеялись над ним! А что делать, хоть на овце, но не на себе  тащить салазки с хворостом, – говорит, смеясь, Анна Васильевна.
Трудовая жизнь началась рано
Трудно и  тяжело жилось всем. Огороды у всех огромные были, но если бы не они, не выжили бы в ту трудную годину сельчане. Воду приходилось таскать издалека из колодцев. 
Когда Нюре исполнилось 12 лет, она уже закончила 4 класса школы. Отправили её работать в лес. Сформировали бригаду из подростков, и они под руководством взрослой женщины работали.
– Мы собирали семена с берёзы, с ели, сосны, пропалывали посадки, на место вырубленного леса засаживали новые деревья, которые выращивали в лесничестве. Летом мы ещё и траву косили. У меня хорошо получалось управляться с косой, ни разу в землю не вошла! – с гордостью вспоминает моя собеседница.
После войны Василий Лазаревич, отец Нюры, «по блату» (за это построил знакомой сарай) выхлопотал дочке паспорт на 6 месяцев. Раньше  люди не могли выехать из деревень в город, потому, что не было паспортов. И вот именно тогда, получив паспорт, наша Нюра стала Анной Васильевной. По тому же «блату» отец устроил дочку  на работу, на железную дорогу в Пензу. 
Кругляк мы разгружали вручную
Только попала Анна на тяжёлый труд, на разгрузку товарных вагонов. Работали там одни женщины, вручную разгружали вагоны с лесом-кругляком. Как это сложно и физически тяжело, понимают все. Деревья огромной длины, и вес-то у них приличный, а на разгрузке – подростки, как Нюра, да полуголодные женщины. Но что делать, работа, да тем более в городе, была большой удачей, там платили деньги! Но однажды Нюра заболела и попала в медпункт. После осмотра врач сказал: «Малярия, девочка у тебя». Пролежала она тогда в больнице два месяца, а после выписки врач запретил возвращаться на тяжёлую работу.
Отправили её на работу истопником. С 5 утра она протапливала все печи в коридорах и кабинетах тогдашнего НКВД, позднее – милиции, на улице Московская, работа тоже была, что называется, «не сахар».
– Но зато я работала в тепле, и вёдра с углём и дрова колотые были не такие тяжёлые, как те неподъёмные деревья, которые мы разгружали на железной дороге, – говорит, тяжело вздохнув, Анна Васильевна.
Без отпуска она проработала три года. Жила на квартире бесплатно, за это водила детей хозяйки в детский сад, помогала готовить еду и убирать квартиру. Но, несмотря на такую занятость, ей очень хотелось учиться. И стала  наша героиня  ходить в вечернюю школу. Успевала всё – и работать, и помогать хозяйке, и ещё учиться. Так и закончила 5 и 6 классы.
А потом Анна Васильевна вышла замуж. Прожила с мужем  в мире и согласии 52 года. Родилось в счастливом браке трое детей – сын и две дочки, а теперь в семье ещё 4 внука, 4 правнука и уже есть праправнуки. Семейная жизнь и счастье материнства она считает одним из главных в жизни каждой женщины.  
Трудовая биография Анны Васильевны закончилась там, где и началась, на железной дороге. Отработала наша героиня там 33 года. Как и её мама, сначала была смазчицей колёс, а потом готовила вагоны к отправке в рейс, заливала водой и загружала углём.
Обычная русская женщина
Казалось бы, Анна Кислякова – обычная русская деревенская женщина, которая смогла пройти через все тяготы, встречавшиеся на её жизненном пути. Но с годами она не растеряла чувство юмора, осталась доброй и отзывчивой, любимой и уважаемой в семье и среди односельчан.
Сейчас Анне Васильевне 85 лет, она  полна сил, энергична и всегда улыбается. 
– Огорода у меня было 33 сотки, а ещё  у сына – 18 и у дочки – 15. Они на работу уедут, а я уже на пенсии была, хожу по очереди всем поливаю. Соседки мои на лавочке сидят, я им говорю: «Погодите, не расходитесь, я ещё один огород полью и к вам приду посижу!» – рассказывает трудолюбивая бабушка Нюра. 
Раньше очень любила делать различные заготовки из выращенных овощей, ягод, была на это мастерица. Пекла вкусные пироги. А ещё шила, окончила курсы кройки и шитья, и всегда её дочери были в обновках, сшитых заботливыми руками матери.
Через всю свою жизнь моя героиня пронесла любовь к простому крестьянскому труду, трудится по мере сил и сейчас.
Рецепт в подарок читателям газеты
Читателям «Нашей газеты» Анна Васильевна Кислякова дарит свой фирменный рецепт мочёных яблок: 
- Яблоки  берите «Антоновку». После того, как их сняли, они должны отлежаться две недели. На 10 литров воды я беру 1 столовую ложку солода, 200 г сахара,  0,5 чайной ложки корицы и 1 столовую ложку соли. Делаю маринад, всё перемешиваю. Понадобятся вам  также листья вишни, смородины, малины. В чистое ведро выкладываю вымытые яблоки, перекладываю листьями (их все тоже нужно хорошо помыть), и всё это заливаю приготовленным маринадом. Сверху кладу круг дерева, но на нём должны быть решёточки или дырочки, чтобы яблоки не задохнулись, и на круг сверху ставлю груз, это и будет гнёт. Стоят яблочки под грузом месяц, в погребе, в холоде. А вот когда придёт время их есть, ой, и вкусные они – жёлтые, ядрёные. Кушайте, добрые люди, на здоровье!

Очередная героиня проекта «Детство, опалённое войной» Анна Васильевна Кислякова проживает в селе Пыркино. 21 декабря она отметила свой 85-й день рождения. В красивом  и  гостеприимном доме,  за чашкой горячего чая с вкусными пирогами и блинчиками мы просидели за столом почти три часа. Рассказ, как плавная, неспешная река, уносил нас в прошлое на несколько десятилетий назад.

Ночной стук в дверь

Казалось, что происходящее с нашей героиней было совсем недавно. Однако от первых её воспоминаний прошло почти 80 лет.

– Я хорошо помню тот момент, когда папу забрали на фронт. Мне было 6 лет, это было осенью 1941 года, ему пришла повестка, – вспоминает Анна Васильевна. – Потом были письма, и в одном он написал, что ранен и лежит в госпитале. Но больше всего из тех времён помню одну ночь, в 1943  году. Я со старшей сестрой Ниной спала на печи. Было  около трёх  часов ночи, к нам в дверь постучали. А мы дома одни были, вот страху-то натерпелись! Мама  наша, Марья Ефимовна, в тот день была на смене, работала она смазчицей колёс на Пензе III.

После долгого стука подошли мы с  сестрой к двери и спрашиваем: «Кто там?», а нам в ответ: «Дочки, открывайте, это я – ваш папа». Мы открыли дверь: перед нами стоял отец на одной ноге, в обгоревшей рваной шинели, местами прострелянной (он потом рассказал, что ему в госпитале её выдали). Смотрим мы на него, а он такой худой, и дрожь его пробирает, и как будто бредит. Говорит нам с сестрой: «Дочки, мне бы на печку – погреться». Мы с сестрой еле его туда подсадили, сами ведь дети были. Утром уже и мама приехала с работы.

Вот так в декабре 1943 года пришёл в войны Василий Лазаревич Баннов.

Позже он рассказывал, как лежал сутки на поле боя раненый, ел землю. После боя через день проходили бойцы  и  забирали всех раненых, его положили на телегу и отправили в госпиталь. Убитых хоронили тут же, рядом с местом боя. 

– За боевые заслуги мой отец, пехотинец Василий Баннов, был награждён Орденом Славы второй степени, были ещё у него и медали, но, к сожалению, ничего не сохранилось, – вздохнув, вспоминает дочь героя.

Мастер – «золотые руки»

Папа Нюры, так все звали в детстве  нашу героиню, к весне пошёл на поправку. Смастерил себе деревянную ногу, и началась для него мирная жизнь. В годы войны мужчина  на селе – это опора и мастер на все руки. Отец Нюры был именно таким мастером. Сам сделал себе лодку и рыбачил на Суре. Когда попадались судаки, для семьи был большой праздник.

– Мама их возила в город, продавала. На вырученные деньги покупала нам с сестрой обувку и что-нибудь из одежды, – продолжает хозяйка дома.

В те военные годы в сёлах жили все дружно, все старались  поддержать друг друга, помогали. Василий Баннов был, что называется, нарасхват, ведь в селе мужиков-то не было, остались только старики и дети. А кому-то  сарай поправить надо было, кому – погреб сделать, а ещё он был хорошим сапожником. А сколько валенок он подшил, и не сосчитать! Тогда ведь в семьях было по многу детей, вот все и несли ему валенки, и он никому не отказывал. Всё тогда делалось бесплатно, за «спасибо» и «дай Бог тебе здоровья».

Да и с кого было брать деньги? С вдов или солдаток с детьми? Они же работали в колхозе за «трудодни», денег им не платили. Тяжело в годы войны всем жилось. И люди понимали, что только вместе, помогая друг другу, можно выстоять и выжить.

Играли и трудились одновременно

Детей в селе  было много. Как и все они, Нюра любила играть. 

Её подруга, Маруся Сенокосова (с ней они дружили всю жизнь, несколько лет назад её не стало), всегда была рада составить шустрой соседке компанию. Иногда за игрой в мяч, который сами девочки  шили из тряпок, набивая его остатками от кудели, не  замечали, как летит время. Но под зорким присмотром соседской старушки – бабы Марьи Сенокосовой (в деревне многие были с такой фамилией) – не забалуешь! 

– Возьмёт она, бывало, тоненький прутик и нам легонько по ногам стукнет. «Чего,  как козы, распрыгались, марш домой! – прикрикнет. –- Время уже к обеду, а вам матери наказали грядки с морковью прополоть». Мы тут же бросаем  мяч и бежим наперегонки – каждая на свой огород, полоть грядки, а то от мамы вечером попадёт за то, что не выполнили её наказ. А ещё к вечеру надо было под таган набрать щепок. Иногда не наберём, заиграемся, придём, а там, кто порасторопнее, уже все собрал. Один раз смотрю – у моего плетня стоит Маруська, подружка-то моя, и ломает веточки, а  я  с её плетня пошла наломала, – смеясь, вспоминает уже сама давно ставшая бабушкой моя героиня.

Анна Васильевна оказалась замечательной рассказчицей. Я смотрела на её лицо и видела, как оно меняется. Когда вспоминала о детстве, о своей любимой подружке Марусе, о соседках, ребятах и о бабульках, которые за ними приглядывали, её глаза блестели и даже морщинки разглаживались! Каким бы оно ни было трудным, все мы его вспоминаем с улыбкой на лице.

Лес щедро делился своими дарами

Шла война, и работали в те годы все, невзирая на возраст. В селе с нетерпением ждали лета. Именно летом начинала  кипеть работа, без дела никто не сидел ни минуты. Леса (а их было много вокруг села) щедро делились своими дарами. Дети и взрослые  собирали грибы, нанизывали их на нитки и сушили на зиму, а сколько дубовых кадок с солёными грибами стояло в погребах! Их ели долгой зимой. Ягоды в лесу были разные: клубника, земляника, калина, из которой пекли вкусные пироги. Целебные травы – душицу, зверобой – дети знали с детства, их надо было успеть заготовить. Чая-то не было, и заваривали  зимой  разные травы и листья. Ходили дети и за хворостом, чтобы осенью печку растапливать. 

– А вот когда лёд встанет на Суре, мы ходили за хворостом в лес, брали салазки. Помню, кто собаку запряжет, а кто – телёнка, а мальчишка-сосед  один раз овцу запряг, вот мы смеялись над ним! А что делать, хоть на овце, но не на себе  тащить салазки с хворостом, – говорит, смеясь, Анна Васильевна.

Трудовая жизнь началась рано

Трудно и  тяжело жилось всем. Огороды у всех огромные были, но если бы не они, не выжили бы в ту трудную годину сельчане. Воду приходилось таскать издалека из колодцев. 

Когда Нюре исполнилось 12 лет, она уже закончила 4 класса школы. Отправили её работать в лес. Сформировали бригаду из подростков, и они под руководством взрослой женщины работали.

– Мы собирали семена с берёзы, с ели, сосны, пропалывали посадки, на место вырубленного леса засаживали новые деревья, которые выращивали в лесничестве. Летом мы ещё и траву косили. У меня хорошо получалось управляться с косой, ни разу в землю не вошла! – с гордостью вспоминает моя собеседница.

После войны Василий Лазаревич, отец Нюры, «по блату» (за это построил знакомой сарай) выхлопотал дочке паспорт на 6 месяцев. Раньше  люди не могли выехать из деревень в город, потому, что не было паспортов. И вот именно тогда, получив паспорт, наша Нюра стала Анной Васильевной. По тому же «блату» отец устроил дочку  на работу, на железную дорогу в Пензу. 

Кругляк мы разгружали вручную

Только попала Анна на тяжёлый труд, на разгрузку товарных вагонов. Работали там одни женщины, вручную разгружали вагоны с лесом-кругляком. Как это сложно и физически тяжело, понимают все. Деревья огромной длины, и вес-то у них приличный, а на разгрузке – подростки, как Нюра, да полуголодные женщины. Но что делать, работа, да тем более в городе, была большой удачей, там платили деньги! Но однажды Нюра заболела и попала в медпункт. После осмотра врач сказал: «Малярия, девочка у тебя». Пролежала она тогда в больнице два месяца, а после выписки врач запретил возвращаться на тяжёлую работу.

Отправили её на работу истопником. С 5 утра она протапливала все печи в коридорах и кабинетах тогдашнего НКВД, позднее – милиции, на улице Московская, работа тоже была, что называется, «не сахар».

– Но зато я работала в тепле, и вёдра с углём и дрова колотые были не такие тяжёлые, как те неподъёмные деревья, которые мы разгружали на железной дороге, – говорит, тяжело вздохнув, Анна Васильевна.

Без отпуска она проработала три года. Жила на квартире бесплатно, за это водила детей хозяйки в детский сад, помогала готовить еду и убирать квартиру. Но, несмотря на такую занятость, ей очень хотелось учиться. И стала  наша героиня  ходить в вечернюю школу. Успевала всё – и работать, и помогать хозяйке, и ещё учиться. Так и закончила 5 и 6 классы.

А потом Анна Васильевна вышла замуж. Прожила с мужем  в мире и согласии 52 года. Родилось в счастливом браке трое детей – сын и две дочки, а теперь в семье ещё 4 внука, 4 правнука и уже есть праправнуки. Семейная жизнь и счастье материнства она считает одним из главных в жизни каждой женщины.  

Трудовая биография Анны Васильевны закончилась там, где и началась, на железной дороге. Отработала наша героиня там 33 года. Как и её мама, сначала была смазчицей колёс, а потом готовила вагоны к отправке в рейс, заливала водой и загружала углём.

Обычная русская женщина

Казалось бы, Анна Кислякова – обычная русская деревенская женщина, которая смогла пройти через все тяготы, встречавшиеся на её жизненном пути. Но с годами она не растеряла чувство юмора, осталась доброй и отзывчивой, любимой и уважаемой в семье и среди односельчан.

Сейчас Анне Васильевне 85 лет, она  полна сил, энергична и всегда улыбается. 

– Огорода у меня было 33 сотки, а ещё  у сына – 18 и у дочки – 15. Они на работу уедут, а я уже на пенсии была, хожу по очереди всем поливаю. Соседки мои на лавочке сидят, я им говорю: «Погодите, не расходитесь, я ещё один огород полью и к вам приду посижу!» – рассказывает трудолюбивая бабушка Нюра. 

Раньше очень любила делать различные заготовки из выращенных овощей, ягод, была на это мастерица. Пекла вкусные пироги. А ещё шила, окончила курсы кройки и шитья, и всегда её дочери были в обновках, сшитых заботливыми руками матери.

Через всю свою жизнь моя героиня пронесла любовь к простому крестьянскому труду, трудится по мере сил и сейчас.

Рецепт в подарок читателям газеты

Читателям «Нашей газеты» Анна Васильевна Кислякова дарит свой фирменный рецепт мочёных яблок: 

- Яблоки  берите «Антоновку». После того, как их сняли, они должны отлежаться две недели. На 10 литров воды я беру 1 столовую ложку солода, 200 г сахара,  0,5 чайной ложки корицы и 1 столовую ложку соли. Делаю маринад, всё перемешиваю. Понадобятся вам  также листья вишни, смородины, малины. В чистое ведро выкладываю вымытые яблоки, перекладываю листьями (их все тоже нужно хорошо помыть), и всё это заливаю приготовленным маринадом. Сверху кладу круг дерева, но на нём должны быть решёточки или дырочки, чтобы яблоки не задохнулись, и на круг сверху ставлю груз, это и будет гнёт. Стоят яблочки под грузом месяц, в погребе, в холоде. А вот когда придёт время их есть, ой, и вкусные они – жёлтые, ядрёные. Кушайте, добрые люди, на здоровье!


Оставить комментарий